«История государства и права».-2008.-№22.-С.22-24.

 

ПЕРВАЯ ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В РОССИИ

 

Анализ политико-правовой концепции группы Н. А. Ишутина, который представлен в статье, доказывает тот факт, что покушение Д. Каракозова на царя, хотя и совершенное единолично, выглядит в русле идеологии группы. Подроб­ная характеристика идейной позиции лидера и организатора кружка позволяет однозначно говорить о террористи­ческой направленности группы, деятельность которой была прекращено усилиями правоохранительных органов.

 

The analysis of the political and legal concept of the N.A. Ishutin's group, provided in the article, proves the fact that D. Karakozov's attempt to kill the Tzar, though performed single-handed, was in line with the ideas of the group. Detailed description of the ideas and position of the group's leader and organizer allows to unequivocally identify the group's activity, that was stopped by the law enforcement bodies, as terroristic. *

 

О революционной группе H. A. Ишутина (годы жиз­ни - 1840-1879) обычно исследователи упоминают в свя­зи с покушением 4 апреля 1866 г. на императора Алексан­дра II участника группы
Д. Каракозова. Сам кружок Ишу­тина в гораздо меньшей степени привлекает внимание исследователей. Считается даже, что Каракозов был не­сколько инородным элементом в деятельности этого круж­ка. Однако введенные в научный оборот О. В. Будницким архивные документы заставляют нос внимательней иссле­довать политико-правовую концепцию кружка и пересмот­реть его место в истории терроризма в России.

Кружок «ишутинцев» (1863-1866) — тайное револю­ционное общество в Москве; возникло из круга молоде­жи, примыкавшей к «Земле и воле» Н. Г. Чернышевского и Н. А. и А. А. Серно-Соловьевичей. В некоторых иссле­дованиях подчеркивается влияние Великой Французс­кой революции, событий 1848, 1871 гг. в Европе, борьбы Гарибальди, Мадзини и Ф. Орсини на формирование террористических идей в России, в частности на кружок Ишутина. Не отрицая международных источников тер­роризма в России второй половины XIX — начала XX в., мы не склонны преувеличивать их влияние на возникно­вение и развитие российского терроризма. В докумен­тах следственной комиссии о покушении на жизнь Его Императорского Величества 4 апреля 1866 г. от 29 мая 1866 г. было сказано следующее: «Судебным следствием обнаружено, что еще в 1863 году составился в Москве кружок из молодых людей, зараженных социалистически­ми идеями. ...В числе средств предлагалось... освобожде­ние от каторжных работ государственного преступника Чернышевского для руководства предполагавшеюся ре­волюцией и для издания журнала, так как роман этого преступника «Что делать?» имел на многих из подсудимых самое гибельное влияние, возбудив в них нелепые противообщественные идеи... Странден Н. П., назначенный ехать в Сибирь за Чернышевским, получил для этой поез­дки фальшивые паспорта, рекомендательные письма, из которых некоторые были написаны по-польски симпати­ческими чернилами, и ящик с наркотическими средства­ми для употребления их против стражи».

П. Ф. Николаев, проходивший по делу Д. Каракозова, в ноябре 1909 г. писал В. Е. Чешихину-Ветринскому: «Находились ли ток называемые каракозовцы в связи, — конечно, идейной, — с
Н. Г. [Чернышевским]? Да, в самой близкой. Собственно говоря, они могут считаться непос­редственными его учениками и последователями — даже в философском отношении... Сближение с мастеровыми, странствование по различным кабакам и притонам, су­ровая дисциплина в личной жизни, плавание на волжских пароходах Ишутина и Каракозова в качестве водоливов были в значительной степени навеяны Рахметовым. Эти двое, каждый некоторыми черточками, безусловно напо­минали Рахметова».

Общество ишутинцев называлось «Организация». Внутри его были отдельные группы («Ад», «Общества вза­имного вспомоществования») и филиалы (в Санкт-Петер­бурге — кружок И. А. Худякова, кружки но периферии). В «Организации» была строжайшая конспирация, запи­си заседаний не велись, поэтому об идеологии кружка в значительной степени приходится судить по воспомина­ниям его членов и следственным документам: «В кружке этих людей, как и во многих кружках студенчества, часто говорилось, что следовало бы уничтожить этого государя за пресловутое освобождение крестьян, которое затор­мозило революцию в России. Это последнее было почти общим мнением всей интеллигенции». Е. Брешко-Брешковская вспоминала об ишутинцах: «...Молодая москов­ская группа, сознавшая всю недействительность реформ и решившая составить из себя революционное ядро для постепенного образования партии, могущей вступить в борьбу». Обратим внимание, что оба источника пока­зывают негативную оценку группой реформы 1861 г. об освобождении крестьянства от крепостной зависимос­ти по разным основаниям: как реформы формальной и как реформы, затормозившей революционный процесс. Следует отметить, что упреки в недействительности ре­формы — это внешний, демонстративный тезис револю­ционной критики реформы, которая на самом деле пред­лагала решение государственно-правовой и аграрной проблемы в рамках либерального законодательства и рыночной экономики, не признававших бессудную кон­фискацию и национализацию частной собственности. А вот причина ненависти лично к императору Александ­ру II как организатору и инициатору освобождения крес­тьянства вытекает из настоящей, внутренней, скрытой причины: реформа действительно сняла напряжение в об­ществе, предотвратила крестьянскую войну и отодвину­ла на неопределенный срок революционные катаклизмы в стране именно по той причине, что удалась, сняла ос­троту проблемы. Так ишутинцы первыми продемонстри­ровали тезис: чем лучше для России, тем хуже для рево­люционеров, и — наоборот.

Кружок Н. Ишутина ставил перед собой задачу воз­буждения народа, подготовки его к социалистическому пе­ревороту. Однако в кружке возникли разногласия того же рода, которые разорвут в перспективе и новую «Землю и волю»: как пробудить народ, мирной пропагандой или террористической деятельностью против царя? Большинс­тво членов кружка склонялись к пропаганде среди крес­тьян и устройству кооперативных предприятий и коммун для организации жизни ишутинцев по образцам героев «Что делать?». Начались переговоры о покупке в Можай­ске фабрики по производству вата, чтобы прибыль пус­тить на дело революции.

Однако обратим свое внимание но идеи радикаль­ной части кружка, в которую входил и сом руководитель Н. А. Ишутин, кстати, двоюродный брат Д. Каракозова. В группе всерьез обсуждались следующие вопросы: спо­собы организации побега Чернышевского и Н. Серно-Соловьевича (Страндену было поручено раздобыть яды и наркотические средства для нейтрализации стражи); пла­нировалось убийство купца Серебрякова и ограбление почты в целях пополнения кассы кружка, а юный кружко­вец Федосеев предложил отравить своего отца. Ради­калы даже предложили организационно обособить свою группу, назвать ее «Ад», оставаясь в составе кружка. Ве­дущая роль в определении идеологического лица «Орга­низации» принадлежала Ишутину Николаю Андреевичу: «Если с кем его можно сопоставить, то только с Нечае­вым, одинаково окружавшим себя таинственностью и так­же бывшим неразборчивым в средствах... Кинжал, верев­ка, яд, смерть за непослушание и измену — вот средства, рекомендованные Ишутиным. «Кто не за нас, тот против нас!» — постоянно говорил он в подобных случаях. От него исходили предложения об убийстве, отравлении, ограблении в целях добывания средств, и на все замечания от­носительно крайней неразборчивости у него был один от­вет — «цель оправдывает средства».

Роль «Организации», по словом Ишутина, в следую­щем: пропаганда социалистических идей в народе, сбли­жение с народом и с рабочим классом, устройство артелей, устройство агентуры в городах и в значительных местностях. Криминальные методы «Организации» Ишутин но следствии отрицал. Он признал, что планирова­лось создание внутри «Организации» разряда так назы­ваемых «бессмертных», целью которых было бы наказание оступившихся членов кружка или нанесших вред, что-то вроде «службы внутренней безопасности». Когда пропа­ганда достигнет своей цели и народ будет представлять собой мощную силу, предполагалось «предложить» пра­вительству и царю устроить государство на социальных началах. И если бы правительство и царь не согласились, тогда устроить революцию. Одним из средств, которое поднимет народ но восстание, должно стать цареубийс­тво. Для этой цели внутри «Организации» предполага­лось создание специальной группы «Ад». Ишутин наста­ивал, что речь идет об отдаленной перспективе, только о замыслах, и то на тот случай, если правительство не усту­пит требованиям подготовленного народа или народно­го представительства. Поэтому в своих показаниях Ишу­тин дал описание принципов предполагаемых действий несуществующей группы. Открывая подробности орга­низации «адского» дела, настаивая на том, что разговор является виртуальным, он, возможно, извлекал из этого описания психологическую пользу: запугивал общество и власть тем, что способны сделать террористы, если их требования не будут удовлетворены. «Член «Ада» должен был в случае необходимости жертвовать жизнью своею не задумавшись. Жертвовать жизнью других, тормозя­щих дело и мешающих своим влиянием. В случае убийс­тва кого-либо член «Ада» должен иметь при себе прокла­мации, объясняющие причину убийства; член «Ада» при этом имеет с собою шарик гремучей ртути, держа в зубах во время убийства, после должен стиснуть этот шарик зу­бами, о от давления гремучая ртуть производит взрыв, и посему смерть, и притом обезображивает лицо так, что потом нельзя будет узнать лицо убийцы. Это бы делалось на предмет безопасности для других членов».

Новый свет также, по нашему убеждению, падает и на «концепцию дело» Н. Г. Чернышевского, учениками которого считали себя ишутинцы. Мечтательность по от­ношению к будущему и нигилизм по отношению к сов­ременности и прошлому России русской гуманитарной интеллигенции способствовали, вольно или невольно, по­явлению безумных разрушительных идей и действий про­фессиональных революционеров. Та часть русской гума­нитарной интеллигенции, которая своим печатным словом, идеями добивалась революции, воспевала революцион­ных борцов, ставила перед ними программу подготовки, в той или иной мере несет историческую ответственность за последовавшие хаос и террор.

 

Исаева Т.Б.,

кандидат исторических наук,

доцент кафедры государственно-правовых дисциплин

Московского института предпринимательства и права

 

 

___________________________________________________________

 

1. Шилов А.А. Каракозов и покушение 4 апреля 1866 г. Пг, 1919; Кливенский М. М. Ишутинский кружок и покушение Карако­зова. М., 1928; Худяков И.А. Записки каракозовца. М., 1930; Щеголев П. Е. Д. В. Каракозов в равелине // Алексеевский равелин. Секретная государственная тюрьма России в XIX в. Л., 1990. Кн. 21 и др.

2. Филиппов Р. В. Революционная народническая организация Н. А. Ишутина — И. А. Худякова (1863-1866). Петрозаводск, 1964; Виленская Э. С. Революционное подполье в России (60-е годы XIX в.) М., 1965.

3. Красный архив. 1926. Т. 4 ( 17) // История терроризма в Рос­сии в документах, биографиях, исследованиях / Автор-сост. О. В. Будницкий. Ростов-на-Дону, 1996. С. 31-43.

4. Одесский М., Фельдман Д. Поэтика террора. М., 1997. С. 149.

5. Н. Г. Чернышевский в портретах, иллюстрациях, документах. Л., 1978. С. 252-253.

6. История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях. Ростов-на-Дону, 1996. С. 32.

7. Цит. по кн.: Кошель П. История российского терроризма. М., 1995. С. 229.

8. Там же. С. 230.

9. Шилов А. А. Каракозов и покушение 4 апреля 1866 г. // История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях. Ростов-на-Дону, 1996. С. 36.

10. Из показаний Н. А. Ишутина в следственной комиссии о по­кушении но жизнь Его Императорского Величества 4 апреля 1866 г. от 29 мая 1866 г. // История терроризма в России... Ростов-на-Дону, 1996. С. 38-41.