Вышка. – 2019. – 15-21 февраля. - №6. - С. 7.

 

Мой город красоты

 

Зульфугар Фарзалиев

 

Сегодняшний Баку - объект жарких дискуссий архитекторов, строителей и просто горожан, родившихся, проживших здесь жизнь и, зачастую, не узнающих привычные проспекты, улицы, дома. Конечно, город - живой организм, он должен строиться и обновляться, в нем должны находить отражение новейшие достижения архитектуры, градостроительных и коммуникационных технологий. В то же время город, как музей под открытым небом, наследие прошлого. И каждое поколение обязано бережно сохранять и передавать его будущему, иначе оно, будущее, точно так же обойдется с тем, что воздвигается в наши дни, а наши дети будут изучать историю города разве что по кинохроникам.

Согласитесь, что достопримечательные места нашего города отнюдь не микрорайоны, Ахмедлы, виллы на Патамдаре или в районе Гянджлика, а дошедшие до наших дней узкие крепостные улочки, четко спланированные и добротно построенные кварталы времен первого нефтяного бума, замечательные, в стиле конструктивизма, постройки 30-х годов. В целом же и Баку, и азербайджанская национальная культура - уникальное сосредоточение восточной и западной цивилизаций, что обусловлено объективными историческими предпосылками.

Более 200 лет назад, в октябре 1806 года, российские войска генерала Булгакова захватили Баку, тем самым окончательно присоединив его к Российской Империи. Городской правитель Гусейнгулу-хан отошел на юг, в глубь империи иранской. Бакинское ханство перестало существовать, уступив место новому территориальному образованию - Бакинской губернии. С этого дня город с многовековым неповторимым укладом, градостроительными, бытовыми и иными традициями, доминирующими законами Ислама начинает делать первый шаг в Европу. Прошло два столетия, и сегодня отчетливо видно, что шаг этот не состоялся, мы так и остались с одной занесенной ногой в Европу, ее культуру, другой, хоть и остались в родной среде, она, среда, перестала быть носителем традиций, прежде всего, культурных. Что же дало Баку его более чем двухсотлетнее пребывание в Российской, а затем советской империях, с точки зрения культурного роста? Несомненно, национальная культура за эти годы получила новое качественное развитие, обогатившись под влиянием лучших образцов культуры западной. Произошел естественный синтез восточного искусства с европейским, возникли национальные школы симфонической музыки, станковой живописи, монументальной скульптуры, современной архитектуры. Возникла широкая сеть культурно-просветительных учреждений, в каждом абшеронском селе открылись библиотеки и клубы, а в самом Баку - музеи, театры, специальные учебные заведения. За эти годы здесь были построены здания филармонии, театров оперы и балета, драматического, национальной библиотеки, издательств, великолепные особняки были отданы под учреждения науки и искусства. Значительную роль в становлении новой культурной среды сыграли многие деятели европейской и, прежде всего, русской культуры. К сожалению, последние годы показали насколько слабы оказались эти традиции, как быстро была отторгнута эта прививка подавляющим большинством населения. Конечно, и сейчас бывают аншлаги в театрах и вернисажах, на концертах классической музыки, но это, скорее, исключение из правил. В целом, предпочтение отдается дешевым шоу на бульваре и телевидении. В городе почти не осталось книжных магазинов, афишных тумб, стремительно уменьшается количество библиотек, издательств, при этом качество оставшихся столь же стремительно падает. Казалось бы, в условиях ликвидации атеизма, как доминирующей государственной идеологии, да и вообще всякой идеологии, снятии многочисленных запретов и табу, введенных коммунистическим режимом, как пар из кипящего котла, должна была вырваться наружу накопившаяся энергия, возврат к религиозным и культурным традициям. Произошло же то, что произошло: вместо укрепления и распространения традиционной религии, как грибы после дождя выросли всевозможные секты.

Вместо возврата к роднику национальной культуры мы зачастую наблюдаем полнейшее отсутствие таланта, школы, мастерства, причем, как в музыке, так и в изобразительном, монументальном, декоративно-прикладном искусстве и, особенно, в архитектуре и строительстве. К тому же, у населения практически нет потребности в высоком искусстве, а в обозримом будущем и не будет, что твердо гарантирует нынешнее состояние школы. Общество же, первоначально очарованное нефтедолларовым миражом, призванным спасти территориальную целостность, поднять до высот Кувейта благосостояние, а до высот Франции культуру, видимо, осознало, что мираж, хоть и виден глазом, но не осязаем, и что культуру может спасти только продуманная государственная программа или, что гораздо сложнее, так как не поддается программированию, подвижничество таких людей, как Гасан бек Зардаби или Узеир бек Гаджибеков. Так что, неизвестно, чего больше, хорошего или плохого, принесли нам два крутых исторических поворота.

А есть ли в арсенале такая программа? Возьмем тот же Баку. Да, больно за Карабах, больно за потерянные, а для многих забытые земли, оставшиеся на оккупированных территориях исторические памятники. Жаль, что пробудившееся на волне карабахской войны национальное самосознание обратно загнано вглубь каждодневными бытовыми заботами. Карабах проигран. Проигран на поле брани, в кабинетах Белого дома или Кремля. Будущее откроет тайны начала 90-х. За Карабах пролита кровь, искалечены судьбы. Карабах продолжает оставаться в центре внимания, причем больше иностранных политических лидеров, чем многих, уютно расположившихся в Баку, самих карабахцев. А что стало с Баку, какие враги вторглись в некогда красивый, тихий и опрятный город? Оглянитесь вокруг, что стало с его культурной средой, архитектурным обликом? Городские власти подвергаются каждодневной критике за уничтожение и недопустимую корректировку исторически сложившегося облика города. Но сейчас ли это началось? Не рецидив ли это старой, хорошо забытой болезни? Разве первый нефтяной бум конца XIX и начала XX веков нанес меньший урон облику города? Тот, средневековый восточный город, с тонкостью высокого искусства был отображен великим русским художником Василием Верещагиным. В его знаменитом «Бакинском пейзаже» со стороны Баилова изображена тихая гавань, восточный город и потрясающая по своему величию и архитектуре Девичья башня, возвышающаяся у подножия города подобно египетским пирамидам. Это были 70-е годы XIX века. А дальше пошло-поехало. Ударили нефтяные фонтаны, посыпались бешеные деньги, Баку начал расти и расширяться, что, впрочем, вполне нормально. Появились роскошные особняки, казенные дома на европейский манер. Миллионер Гаджинский построил свой великолепный дом рядом с Девичьей башней. Здание действительно прекрасно, слов нет, но таких домов много в Европе и лицом Баку он, естественно, не стал, но зато заслонил собой неповторимый шедевр - Девичью башню. Прекрасен и другой дом - «Исмаилия» Нагиева - ныне президиум Академии наук и женская гимназия Тагиева - Институт рукописей, но зайдите в Крепость и посмотрите, как «усадили» эти дома прямо на крепостную стену. Неужели нельзя было нынешнюю улицу «Истиглалият» пропустить вдоль стены, дабы не закрывать исторический город? У наших миллионеров тех времен, впрочем, как и у нынешних, видимо, не хватило такта и уважительного отношения к своему прошлому. Много пишется об уничтожении архитектурного облика самой Крепости. И это не сейчас началось. Натыканные на ее территории, сами по себе красивые, европейские постройки начала прошлого века, может, и заложили основу нынешнего вандализма. Особой строкой здесь проходит более позднее бывшее здание редакции Национальной энциклопедии - повторение хрущевского эксперимента по внедрению в Московский Кремль Дворца съездов.

Позднее город пережил и благоприятный период застройки середины XX века. Именно в это время такими мастерами, как братья Веснины, Усейнов, Дадашев, Щусев, Руднев и другие, были заложены как целые комплексы жилых и административных зданий, так и отдельные великолепные строения. Причем делалось это, в отличие от наших дней, с максимальным пониманием ландшафта, местных архитектурных традиций и новых веяний градостроительства. К сожалению, и это великолепие ныне разрушается. Яркий тому пример гостиницы «Мугань», старый «Интурист», более поздняя «Карабах», ДК Ильича и многое другое. Или возьмем площадь «Азадлыг». Сама идея площади диктовалась великолепием рудневского Дома правительства. Кстати, академик Руднев спроектировал не только само здание, но и полностью внутренние интерьеры, как-то: мебель, люстры, мраморную мозаику вестибюлей и даже дверные ручки. Посмотрите, что от этого осталось. Каждый новый министр по-новому переиначивает идеи зодчего. Сама площадь периодически уничтожается постройками вокруг. Исключение составляет, пожалуй, красиво отреставрированный комплекс морского вокзала. Говоря о площади как таковой, необходимо обратить внимание и на то, что кульминацией, по замыслу автора, был памятник Ленину. Памятника, с пластической точки зрения, профессионально исполненного покойным скульптором Джалалом Гарягды, давно уж нет, как и нет многих тонн бронзы, из которых он был отлит, а постамент, почему-то, оброс достройками по бокам, а благое начинание с ночным освещением, в виду непродуманности светового решения, раздробило целостность восприятия монументального здания в вечернее время.

Дальше - больше. Площадь со стороны Морского вокзала так перегружена многоэтажными новостройками, что даже сейчас, когда в них пока еще никто не живет и не работает, уже возникают транспортные проблемы, а что будет, когда эти дома будут заселены?

Думается, что тут никакие мосты и тоннели не смогут спасти ситуацию. А ведь есть же допустимый предел численности проживающих на единицу площади, как и нормы автомобилей на количество жителей. Задумываются ли над этим те, кому доверена судьба многомиллионного города? На противоположной части площади реконструировали жилой дом, также начисто изменив первоначальную идею автора. В результате город хоть и получил слащавый архитектурный «пирог», но потерял очень содержательную страничку своей истории. Такая же участь постигла и знаменитую «пятиэтажку», нынешнее дорогое убранство которой ну никак не гармонируете тем, что творится внутри огромного замкнутого двора. Этот дом, словно костюм, сшитый из очень дорогой ткани с подкладкой из ветоши. А ведь дом жилой, а слово жилье от слова «жить», и здесь живут наши граждане, окна которых выходят и во двор. И вообще, потемкинские деревни - приоритетное направление городских властей.

Можно еще долго перечислять необоснованные корректировки городского облика, но справедливости ради следует отметить, что в последние годы сделано и немало хорошего, приведен в порядок бульвар, благоустроены скверы (к сожалению, для разбивки новых в городе места уже не осталось), отреставрированы учреждения культуры, обновляются старые постройки. Это вселяют надежду в то, что песню Рашида Бейбутова «Мой город красоты, и счастья и мечты...» будут напевать и в будущем. Но хотелось бы, чтобы воодушевленные чистильщики стен не соскоблили бы историю многовекового города, а то, как говорится, вместе с водой можно выплеснуть и ребенка.